Им выгодно, чтобы он был открыт, потому что это приносит им около 500 миллионов долларов в день. Соответственно, если пролив закрыт, они эти деньги теряют.
Они говорят о закрытии только потому, что я фактически уже его заблокировал — им просто нужно сохранить лицо.
Четыре дня назад ко мне приходили и говорили: “Сэр, Иран хочет немедленно открыть пролив.”
Но если мы просто так это сделаем, никакой сделки с Ираном не будет — если только не идти на крайние меры.
Truth Social.